Рома, твою мать, возьми уже трубку!
В этом доме так холодно....не помогают ни одни носки ни одна кофта. Ничего уже не спасает, глаза в кучу, на глазах слёзы от беспомощной злобы...а я просто хочу спать...и, как ни странно, есть.
"Пойду брошусь под грузовик" (с)...
В этом доме так холодно....не помогают ни одни носки ни одна кофта. Ничего уже не спасает, глаза в кучу, на глазах слёзы от беспомощной злобы...а я просто хочу спать...и, как ни странно, есть.
"Пойду брошусь под грузовик" (с)...

Несколько слов про умершего вчера Гайдара.
Сейчас в вину покойнику ставят две вещи: либерализацию цен, которая показала советским гражданам, чего на самом деле стоят их "накопления" и приватизацию госсобственности, по итогам которой у народа появились удобные "козлы отпущения": ограбившие его "олигархи".
Для начала, по поводу либерализации цен. В общем, я уже излагал много раз свою позицию по этому вопросу, например, в посте про "Советскую Машину Времени" (ссылка). Поэтому буду сейчас краток: никаких накоплений у советских граждан не было. Лежащие на счетах в сбербанке советские рубли были не более чем купонами, которые в конце 80-х можно было свободно обменять на весьма ограниченный набор товаров, типа ржаного хлеба или консервов из морской капусты.
За остальными товарами, типа туалетной бумаги, надо было уже стоять очереди. Некоторые же товары были среднему советскому гражданину недоступны в принципе. (Кстати, предлагаю старшему поколению вспомнить, сколько стоила в СССР упаковка памперсов).
( Дальше... )
Последнее время дало для меня несколько забавные результаты.
Находиться по другую сторону баррикад, нежели в подобной же ситуации ранее - это довольно забавно и даёт некоторое реальное представление всей картины целиком, так сказать 3D. Правда при этом я чуть не совершил ошибку (хотя какая это ошибка! - так, забавное безумие), которую допустил и ранее, но всё хорошо что хорошо заканчивается.
Находиться по другую сторону баррикад, нежели в подобной же ситуации ранее - это довольно забавно и даёт некоторое реальное представление всей картины целиком, так сказать 3D. Правда при этом я чуть не совершил ошибку (хотя какая это ошибка! - так, забавное безумие), которую допустил и ранее, но всё хорошо что хорошо заканчивается.
-Что у нас с клонированием?- спросил Диктатор.
Главный Учёный неопределённо помахал в воздухе рукой.
-Мы над этим работаем.
-И как успехи?
-Ну вот, с овцой уже опыт прошёл удачно. Из одной овцы получилось две.
-Ну замечательно! Значит, скоро мы начнём наконец клонировать суперсолдат!
-Да нет, пока рано ещё,- скривился Учёный.- Пробовали мы их уже клонировать. Всё-равно на выходе две овцы получается...
Главный Учёный неопределённо помахал в воздухе рукой.
-Мы над этим работаем.
-И как успехи?
-Ну вот, с овцой уже опыт прошёл удачно. Из одной овцы получилось две.
-Ну замечательно! Значит, скоро мы начнём наконец клонировать суперсолдат!
-Да нет, пока рано ещё,- скривился Учёный.- Пробовали мы их уже клонировать. Всё-равно на выходе две овцы получается...
Когда следуешь несовместимым с жизнью маршрутом Киев - Москва - Париж - Гавана - Сьенфуэгос - Тринидад - Санта-Клара - Варадеро - Париж - Москва - Пермь без остановок, и вчера, скажем, словила себя на том, что идешь купаться четвертый раз за полтора часа, потому на побережье Атлантики плюс тридцать пять, и ты чувствуешь себя паэльей, которую тут же, на пляже, жарят на углях смуглые люди в высоких белых колпаках, в сковороде размером с доброе колесо обозрения - а там, стало быть, креветки, крабы, лобстеры, кусочки говядины; к этому всему в пластиковые стаканчики, немедленно запотевающие в руке, разливают сангрию со льдом, почему-то ананасовую, и лень вставать за второй; на третий день в Варадеро вас объял тропикоз, и за мохито в бар, что в тридцати метрах от шезлонгов, вы делегируете Алехандриту, загорелую, тонкую и прекрасную, она приносит сразу поднос; что-что, а на Кубе в самом захудалом придорожном кафе тебе приготовят такой мохито или такую пинья-коладу, что поневоле задашься вопросом, что же такое ты пил предыдущее десятилетие и не морщился - оно ведь вроде так же называлось, м?
А завтра, соответственно, ты будешь там, где минус тридцать (если верить Тёме, то минус сорок, что смешнее); семьдесят градусов температурного перепада - как в пустыне под Пушкаром, где мы прожили как-то пару дней с Бузиным, днем жарко так, что становится тесно в коже и волосах, ночью пар от дыхания и умываться идешь, приплясывая на холодном полу; и десять часов перепада временного, вот и пытайся теперь выспаться в самолетах, в нечеловеческой какой-нибудь позе, почти асане, разве только под мышки впереди сидящему не впихнув никуда не помещающиеся ноги. О, я люблю такую жизнь. Выходишь на улицу из метро, и твою сгоревшую на карибском солнце морду ошпаривает, как водкой, двадцатиградусным московским морозцем - и ты становишься такого чистого, такого адового цвета, что хочется испечь на тебе оладушек.
Что сказать мне о Кубе? Что оказалась Кубой. Маракасы, старинные "понтиаки", двери нараспашку, шоколадные бабушки, беззубые, но улыбчивые. Мешаешь себе за стойкой кусочком сахарного тростника каппучино с корицей - и чувствуешь, как что-то прохладное забирается вверх по ноге; взвизгиваешь и скидываешь что-то на землю - а это зеленая перепуганная ящерка. 11 миллионов жителей, 22 миллиона королевских пальм. Как только в Сьенфуэгосе доигрывает последняя сальса - в нём начинают истошно кричать петухи. В качестве трещотки используется мытая и хорошо просушенная лошадиная челюсть - не спрашивайте меня, как извлекается звук. В музее Че Гевары экспозиция начинается с фотографии, где Че год, и он сидит на горшке. Представляете себе Ленина на горшке? Все свои, и какой-нибудь толстый сеньор из Венесуэлы подходит поцеловать тебе в щёку в баре, потому что уж больно ему нравится, как ты танцуешь. "Красавица" будет la guapetona, "ром" будет el ron, Гуантанамера будет Guantanamera; в Сьенфуэгосе за ужином мы с Полиной отбираем у скромных местных музыкантов гитару после Quizas, Quizas, Quizas и начинаем, конечно, петь Иващенко и Васильева. La canchanchara готовится так: глиняная плошка, в нее две части белого рома, две части воды, три ложки лимонной кислоты, лёд, ложка меда и бамбуковая палочка; клянусь, я не пила ничего вкуснее. Мальчики-мулаты любят ездить на мотоциклах, закатав майки до груди. Мы идем купаться в бассейн с Юлей, Аней и Алехандритой, ночью, после долгого дня, у кого-то из персонала в бумбоксе звучит Thriller, мы танцуем в воде и хохочем, и топим друг друга, и страшно хотим еще выпить - и приходит, конечно, лукавый дядька в халатике и приносит нам четыре мохито, мы выныриваем, садимся вдоль бортика, и тут обнимает меня счастье чистое и младенческое. Такое же обнимает, если купить себе в Тринидаде на улице дивный браслет, скрученный из ложки. Такое же - если отправить в Киев две открытки, и на одной из них Че так ржет замечательно - ну, ты увидишь сам. В Варадеро пеликаны падают в воду с таким звуком, как будто в прибой ухнули мешок с картошкой. Перед отелем стоит трехметровая ёлка из позолоченых кокосов. Сигары горчат.

В аэропорту Шарля де Голля в Париже изъяли бутылку темного и бутылку белого рома - потому что признают только европейские дьюти-фри. Извинились, правда, пять раз, и очень посочувствовали. Ещё бы!..
Послезавтра у меня премьера в Перми (как бы урчало это словосочетание, произнеси его Лиза), и всё это будет казаться мне издевательством, конечно - никакой Кубы не бывает при минус тридцати. Но пока на руке у меня гостиничный браслетик Иберотеля, и еще примерно три песо в кошельке. Это целый дайкири, йе.
А завтра, соответственно, ты будешь там, где минус тридцать (если верить Тёме, то минус сорок, что смешнее); семьдесят градусов температурного перепада - как в пустыне под Пушкаром, где мы прожили как-то пару дней с Бузиным, днем жарко так, что становится тесно в коже и волосах, ночью пар от дыхания и умываться идешь, приплясывая на холодном полу; и десять часов перепада временного, вот и пытайся теперь выспаться в самолетах, в нечеловеческой какой-нибудь позе, почти асане, разве только под мышки впереди сидящему не впихнув никуда не помещающиеся ноги. О, я люблю такую жизнь. Выходишь на улицу из метро, и твою сгоревшую на карибском солнце морду ошпаривает, как водкой, двадцатиградусным московским морозцем - и ты становишься такого чистого, такого адового цвета, что хочется испечь на тебе оладушек.
Что сказать мне о Кубе? Что оказалась Кубой. Маракасы, старинные "понтиаки", двери нараспашку, шоколадные бабушки, беззубые, но улыбчивые. Мешаешь себе за стойкой кусочком сахарного тростника каппучино с корицей - и чувствуешь, как что-то прохладное забирается вверх по ноге; взвизгиваешь и скидываешь что-то на землю - а это зеленая перепуганная ящерка. 11 миллионов жителей, 22 миллиона королевских пальм. Как только в Сьенфуэгосе доигрывает последняя сальса - в нём начинают истошно кричать петухи. В качестве трещотки используется мытая и хорошо просушенная лошадиная челюсть - не спрашивайте меня, как извлекается звук. В музее Че Гевары экспозиция начинается с фотографии, где Че год, и он сидит на горшке. Представляете себе Ленина на горшке? Все свои, и какой-нибудь толстый сеньор из Венесуэлы подходит поцеловать тебе в щёку в баре, потому что уж больно ему нравится, как ты танцуешь. "Красавица" будет la guapetona, "ром" будет el ron, Гуантанамера будет Guantanamera; в Сьенфуэгосе за ужином мы с Полиной отбираем у скромных местных музыкантов гитару после Quizas, Quizas, Quizas и начинаем, конечно, петь Иващенко и Васильева. La canchanchara готовится так: глиняная плошка, в нее две части белого рома, две части воды, три ложки лимонной кислоты, лёд, ложка меда и бамбуковая палочка; клянусь, я не пила ничего вкуснее. Мальчики-мулаты любят ездить на мотоциклах, закатав майки до груди. Мы идем купаться в бассейн с Юлей, Аней и Алехандритой, ночью, после долгого дня, у кого-то из персонала в бумбоксе звучит Thriller, мы танцуем в воде и хохочем, и топим друг друга, и страшно хотим еще выпить - и приходит, конечно, лукавый дядька в халатике и приносит нам четыре мохито, мы выныриваем, садимся вдоль бортика, и тут обнимает меня счастье чистое и младенческое. Такое же обнимает, если купить себе в Тринидаде на улице дивный браслет, скрученный из ложки. Такое же - если отправить в Киев две открытки, и на одной из них Че так ржет замечательно - ну, ты увидишь сам. В Варадеро пеликаны падают в воду с таким звуком, как будто в прибой ухнули мешок с картошкой. Перед отелем стоит трехметровая ёлка из позолоченых кокосов. Сигары горчат.

В аэропорту Шарля де Голля в Париже изъяли бутылку темного и бутылку белого рома - потому что признают только европейские дьюти-фри. Извинились, правда, пять раз, и очень посочувствовали. Ещё бы!..
Послезавтра у меня премьера в Перми (как бы урчало это словосочетание, произнеси его Лиза), и всё это будет казаться мне издевательством, конечно - никакой Кубы не бывает при минус тридцати. Но пока на руке у меня гостиничный браслетик Иберотеля, и еще примерно три песо в кошельке. Это целый дайкири, йе.
- Mood:
ecstatic
Демиург Мазукта рассмотрел с разных сторон новый мир, изготовленный демиургом Шамбамбукли, и насмешливо хмыкнул.
-И вот это ты хочешь послать на конкурс?- спросил он.- Эту... поделку?
-А что, нормальный мир,- вступился за своё детище Шамбамбукли.- Красивый, работает, всё как надо, всё на месте. По-моему, неплохо.
-Да я и не спорю, что неплохо,- отозвался Мазукта.- Может бы, даже хорошо. Но несовременно как-то. Сейчас так никто уже не творит. Примитивизм какой-то...
-А как сейчас творят?- поинтересовался уязвлённый Шамбамбукли.
-Ну-у... вот так, хотя бы, примерно.
Мазукта вытащил из кармана портмоне и показал фотографию.
-На, любуйся. Моё творение! Гран-При на Вселенском конкурсе Авангардного Творчества, между прочим!
Шамбамбукли пригляделся к снимку и брезгливо скривил лицо.
-Фу! Что это такое?
-Это Большой Толчок,- охотно пояснил Мазукта.- Я сотворил мир из Большого Толчка. Концептуально, не находишь?
Шамбамбукли повертел в руках изображение мира и вернул его Мазукте.
-Да уж, ты на мелочи не размениваешься,- задумчиво произнёс он.- Если что-то делаешь, то по-большому.
-По-крупному,- поправил Мазукта, пряча снимок в карман.
-А как же люди?- спросил Шамбамбукли.- Каково им там жить, а? В толчке, да ещё в Большом?
-Да плевать на них, при чём тут люди!- досадливо отмахнулся Мазукта.- Кого вообще интересует их мнение? Мы с тобой об искусстве говорим! О вечном, о возвышенном! Человеческие реалии не имеют к этому ни малейшего отношения.
-И вот это ты хочешь послать на конкурс?- спросил он.- Эту... поделку?
-А что, нормальный мир,- вступился за своё детище Шамбамбукли.- Красивый, работает, всё как надо, всё на месте. По-моему, неплохо.
-Да я и не спорю, что неплохо,- отозвался Мазукта.- Может бы, даже хорошо. Но несовременно как-то. Сейчас так никто уже не творит. Примитивизм какой-то...
-А как сейчас творят?- поинтересовался уязвлённый Шамбамбукли.
-Ну-у... вот так, хотя бы, примерно.
Мазукта вытащил из кармана портмоне и показал фотографию.
-На, любуйся. Моё творение! Гран-При на Вселенском конкурсе Авангардного Творчества, между прочим!
Шамбамбукли пригляделся к снимку и брезгливо скривил лицо.
-Фу! Что это такое?
-Это Большой Толчок,- охотно пояснил Мазукта.- Я сотворил мир из Большого Толчка. Концептуально, не находишь?
Шамбамбукли повертел в руках изображение мира и вернул его Мазукте.
-Да уж, ты на мелочи не размениваешься,- задумчиво произнёс он.- Если что-то делаешь, то по-большому.
-По-крупному,- поправил Мазукта, пряча снимок в карман.
-А как же люди?- спросил Шамбамбукли.- Каково им там жить, а? В толчке, да ещё в Большом?
-Да плевать на них, при чём тут люди!- досадливо отмахнулся Мазукта.- Кого вообще интересует их мнение? Мы с тобой об искусстве говорим! О вечном, о возвышенном! Человеческие реалии не имеют к этому ни малейшего отношения.
я узнал, что самый лучший на этом свете боевик "На гребне волны" сняла женщина. Да еще и та самая - нафанатазировавшая нам ковбоев-вампиров ("С приходом тьмы"). Кэтрин Бигелоу, да,да, Кэтрин Бигелоу.
Здравствуйте!
Что ж это за год такой?! Только что узнал о смерти Егора Тимуровича Гайдара и Володи Турчинского... с обоими был знаком. С Гайдаром несколько лет назад поработал в жюри конкурса киносценариев. Он очень интересный и невероятно азартный человек... был. Не знаю почему он согласился участвовать в работе жюри, подчёркивал, что он совсем не специалист, очень внимательно слушал тех, кого считал профессионалами и всегда говорил взвешено и точно, ему было интересно в этом участвовать, что происходило во время заседания жюри в его огромной голове я не знаю, но я почти не встречался с более внимательными к собеседнику людьми. Если бы вы видели как он азартно отстаивал те сценарии, которые ему понравились, он вскакивал, расхаживал по комнате, не мог усидеть на месте... Когда он был сильно несогласен с кем-то и гневался, тогда тщательно подбирал слова, чтобы быть по возможности спокойным и убедительным. Он мне очень понравился. Очень! В нём отчётливо было видно жизнелюбие, сильный характер и острый ум. Не берусь судить о его историческом значении и роли, но с ним было невероятно интересно.
А с Володей Турчинским мы познакомились в Риге, совершенно случайно. В кафе я увидел с десяток огромных квадратных людей с толстыми шеями, широченными плечами и нереально большими руками. Среди них был Володя. Он сам подошёл и с радостью познакомился. Потом регулярно приходил на спектакли, всё время звал в какие-то свои передачи... Я посмотрел эти передачи и понял, что мне вряд ли стоит туда идти. Но Володя не обиделся. Он очень внимательно и аккуратно поздравлял меня с днями рождения, с днями военно-морского флота и какими-то другими, на его взгляд, важными для мужчины праздниками...
По всей заснеженной стране, во всех городах сейчас красуются рекламные билборды с его жизнерадостной физиономией, на этих плакатах он воплощает силу и уверенность в себе. Обдувает сейчас эти плакаты зимний студёный ветер и, видимо, долго ещё его мощная фигура и радостная улыбка с этих плакатов будет напоминать нам о том, что в жизни всё совсем по другому. Не скоро его ещё заклеют другими счастливыми лицами. Поверить не могу, что смерть справилась с ним так легко и быстро.
Прямо сейчас поеду в аэропорт и полечу в Питер. Есть о чём подумать и погрустить в такси и над облаками. Холодно в Москве...
Не болейте. Будьте осторожнее...
Ваш Гришковец.
Что ж это за год такой?! Только что узнал о смерти Егора Тимуровича Гайдара и Володи Турчинского... с обоими был знаком. С Гайдаром несколько лет назад поработал в жюри конкурса киносценариев. Он очень интересный и невероятно азартный человек... был. Не знаю почему он согласился участвовать в работе жюри, подчёркивал, что он совсем не специалист, очень внимательно слушал тех, кого считал профессионалами и всегда говорил взвешено и точно, ему было интересно в этом участвовать, что происходило во время заседания жюри в его огромной голове я не знаю, но я почти не встречался с более внимательными к собеседнику людьми. Если бы вы видели как он азартно отстаивал те сценарии, которые ему понравились, он вскакивал, расхаживал по комнате, не мог усидеть на месте... Когда он был сильно несогласен с кем-то и гневался, тогда тщательно подбирал слова, чтобы быть по возможности спокойным и убедительным. Он мне очень понравился. Очень! В нём отчётливо было видно жизнелюбие, сильный характер и острый ум. Не берусь судить о его историческом значении и роли, но с ним было невероятно интересно.
А с Володей Турчинским мы познакомились в Риге, совершенно случайно. В кафе я увидел с десяток огромных квадратных людей с толстыми шеями, широченными плечами и нереально большими руками. Среди них был Володя. Он сам подошёл и с радостью познакомился. Потом регулярно приходил на спектакли, всё время звал в какие-то свои передачи... Я посмотрел эти передачи и понял, что мне вряд ли стоит туда идти. Но Володя не обиделся. Он очень внимательно и аккуратно поздравлял меня с днями рождения, с днями военно-морского флота и какими-то другими, на его взгляд, важными для мужчины праздниками...
По всей заснеженной стране, во всех городах сейчас красуются рекламные билборды с его жизнерадостной физиономией, на этих плакатах он воплощает силу и уверенность в себе. Обдувает сейчас эти плакаты зимний студёный ветер и, видимо, долго ещё его мощная фигура и радостная улыбка с этих плакатов будет напоминать нам о том, что в жизни всё совсем по другому. Не скоро его ещё заклеют другими счастливыми лицами. Поверить не могу, что смерть справилась с ним так легко и быстро.
Прямо сейчас поеду в аэропорт и полечу в Питер. Есть о чём подумать и погрустить в такси и над облаками. Холодно в Москве...
Не болейте. Будьте осторожнее...
Ваш Гришковец.

Френд
И проблема даже не в судах, которые, как показала история, стабильно кормят виселицы невиновными. Даже если бы наши суды были идеальными и ошибались бы только в 10% случаев, смертную казнь всё равно не стоило бы вводить. Прежде всего потому, что страх перед "высшей мерой наказания" не сможет сколько-нибудь существенно уменьшить число преступлений.
Попробую объяснить почему. Давайте посмотрим на мой "график преступлений".
По вертикальной оси отложена суровость наказаний. Ноль — это преступления, за которые наказания не предусмотрено. Например, не предусмотрено наказания за неуступление сидячего места в общественном транспорте. Чуть выше будет расположено устное предупреждение, штраф, пятнадцать суток... Середина шкалы — это умеренное наказание, типа полугода тюрьмы. Верх шкалы — смертная казнь. (Можно, кстати, продолжить шкалу и дальше. Смертная казнь с пытками, смертная казнь всех родственников до седьмого колена, оборачивание трупа в свиную шкуру... но мы живём в цивилизованной стране, поэтому смертная казнь будет максимумом).
( Дальше... )
Завтра улетаем в Новосибирск. В гости к мэру и дедушке.
P.S. Как лететь, если алкоголь и валерьянку употреблять нельзя?
P.S. Как лететь, если алкоголь и валерьянку употреблять нельзя?
- Location:Россия, город Москва
the box Ричарда Келли. Да,да,да. Мне вернули семидесятые, которых у меня не было(сложная фраза,да). И пусть Кэмерон Диас уже некрасивая(и играет в этом фильме "скоро грянет буря" и "оооо, буря грянула"), пусть слишком много цитат на квадратный сантиметр, пусть "вторжение похитителей тел" и "ребенок розмари" лучше-лучше-лучше, все равно...
Там такая музыка, я такую только по фильмам на видике "Фунай" помню. Там такой оператор, который не сделал ничего, только очаровательно подобрал свет и настроил камеру. Там такой сумасшедший режиссер...("Донни Дарко", "Сказки Юга"), там, там, таратам-там-там.
Очарован, потрясен, спать не буду ночи две.
Там такая музыка, я такую только по фильмам на видике "Фунай" помню. Там такой оператор, который не сделал ничего, только очаровательно подобрал свет и настроил камеру. Там такой сумасшедший режиссер...("Донни Дарко", "Сказки Юга"), там, там, таратам-там-там.
Очарован, потрясен, спать не буду ночи две.
Здравствуйте!
Очень долго я здесь не появлялся. За это время я успел побывать в Саратове и сыграть там спектакли, вернуться в Москву и тут поиграть, также поучаствовал в программе Владимира Познера...
Всё это далось какими-то очень большими усилиями. Последние дни ощущаю устойчивое чувство, что нахожусь в каком-то тяжёлом и болезненном сне. Во сне, где хочется побежать или быстрее пойти, но движение не получается, ноги как будто вязнут, а воздух превращается в кисель, через который невозможно продраться. Просто накопилась усталость, утомили плохие, а часто трагические новости и всё даётся с трудом.
Москва в последние дни очень способствует ощущению тягучего болезненного сна. Москвичи и гости столицы ныли по поводу затянувшейся осени, а тут включили мороз (улыбка). От этого мороза крокодил выпустил солнышко, но и москвичи и гости столицы тут же стали ныть по поводу холода. А ещё все решили пораньше обзавестись новогодними подарками и, конечно, все решили сделать это в один день, чтобы опередить остальных и купить всё нужное без суеты. Получилась как раз та самая суета и нечеловеческие пробки. Вчера провёл в автомобиле часа четыре. Ехал к Познеру долго и очень долго от него. Туда, куда собирался - не доехал, пришлось из опасений опоздать на спектакль приехать в театр и опять два часа спектакля были лучшим для меня во всех смыслах временем суток.
А у Познера в гостях было интересно. Я приехал к нему настолько уставшим, что даже если бы и хотел произвести на кого-то более выгодное впечатление... то это совершенно не получилось. В самом начале разговора совсем забыл про то что это прямой эфир, по-крайней мере для Дальнего Востока и что это, в итоге, увидят много-много людей. Я с большим трудом ворочал усталыми мозгами и искренне хотел ответить на часто неожиданные вопросы как можно точнее и искреннее. А ещё покороче. Познер, конечно, очень мощный профессионал. Он сильно подготовился и приводил в разговоре цитаты из разных временных периодов, а ещё, приводя цитату, он задавал вопрос, который, казалось совершенно из этой цитаты не следует. Но он классный. Именно поэтому ему легко было говорить, в случае, если я не знал как ответить, что я не знаю.
Он, конечно, сильно меня взволновал трюком с сырым яйцом... я прекрасно знаю, что сырое яйцо в ладони раздавить невозможно и много раз производил в компаниях большое впечатление на сильных мужиков и даже на спортсменов, предлагая им раздавить яйцо. И никто не мог. А я вчера испугался, а вдруг раздавлю. (улыбка). Просто представил себе как это будет нелепо, да ещё вдруг сам обрызгаюсь и обрызгаю знаменитого журналиста.
Беседа получилась как получилась. Мне было интересно и трудно. Мы потом, после передачи пили чай, беседовали, и осталось хорошее ощущение выполненной непростой работы и спокойствия за то, что если и ответил где-то коряво или не ответил вовсе, то уж точно не соврал.
Сейчас поеду играть спектакль, последний в этом сезоне свой московский спектакль. Завтра в Питер, потом в Киев, а потом надо добраться домой. Надо домой! Там ждут обязанности, которые должен выполнить только я, то есть поставить ёлку. Без меня её не сделают. Могут, но не станут.
А сегодня у моей жены Лены день рождения. Я же в Москве, далеко... Так происходит уже много лет. За десять лет мне только два раза удалось поздравить её лично. Вот такая ненормальная жизнь. (улыбка).
Ваш Гришковец.
Очень долго я здесь не появлялся. За это время я успел побывать в Саратове и сыграть там спектакли, вернуться в Москву и тут поиграть, также поучаствовал в программе Владимира Познера...
Всё это далось какими-то очень большими усилиями. Последние дни ощущаю устойчивое чувство, что нахожусь в каком-то тяжёлом и болезненном сне. Во сне, где хочется побежать или быстрее пойти, но движение не получается, ноги как будто вязнут, а воздух превращается в кисель, через который невозможно продраться. Просто накопилась усталость, утомили плохие, а часто трагические новости и всё даётся с трудом.
Москва в последние дни очень способствует ощущению тягучего болезненного сна. Москвичи и гости столицы ныли по поводу затянувшейся осени, а тут включили мороз (улыбка). От этого мороза крокодил выпустил солнышко, но и москвичи и гости столицы тут же стали ныть по поводу холода. А ещё все решили пораньше обзавестись новогодними подарками и, конечно, все решили сделать это в один день, чтобы опередить остальных и купить всё нужное без суеты. Получилась как раз та самая суета и нечеловеческие пробки. Вчера провёл в автомобиле часа четыре. Ехал к Познеру долго и очень долго от него. Туда, куда собирался - не доехал, пришлось из опасений опоздать на спектакль приехать в театр и опять два часа спектакля были лучшим для меня во всех смыслах временем суток.
А у Познера в гостях было интересно. Я приехал к нему настолько уставшим, что даже если бы и хотел произвести на кого-то более выгодное впечатление... то это совершенно не получилось. В самом начале разговора совсем забыл про то что это прямой эфир, по-крайней мере для Дальнего Востока и что это, в итоге, увидят много-много людей. Я с большим трудом ворочал усталыми мозгами и искренне хотел ответить на часто неожиданные вопросы как можно точнее и искреннее. А ещё покороче. Познер, конечно, очень мощный профессионал. Он сильно подготовился и приводил в разговоре цитаты из разных временных периодов, а ещё, приводя цитату, он задавал вопрос, который, казалось совершенно из этой цитаты не следует. Но он классный. Именно поэтому ему легко было говорить, в случае, если я не знал как ответить, что я не знаю.
Он, конечно, сильно меня взволновал трюком с сырым яйцом... я прекрасно знаю, что сырое яйцо в ладони раздавить невозможно и много раз производил в компаниях большое впечатление на сильных мужиков и даже на спортсменов, предлагая им раздавить яйцо. И никто не мог. А я вчера испугался, а вдруг раздавлю. (улыбка). Просто представил себе как это будет нелепо, да ещё вдруг сам обрызгаюсь и обрызгаю знаменитого журналиста.
Беседа получилась как получилась. Мне было интересно и трудно. Мы потом, после передачи пили чай, беседовали, и осталось хорошее ощущение выполненной непростой работы и спокойствия за то, что если и ответил где-то коряво или не ответил вовсе, то уж точно не соврал.
Сейчас поеду играть спектакль, последний в этом сезоне свой московский спектакль. Завтра в Питер, потом в Киев, а потом надо добраться домой. Надо домой! Там ждут обязанности, которые должен выполнить только я, то есть поставить ёлку. Без меня её не сделают. Могут, но не станут.
А сегодня у моей жены Лены день рождения. Я же в Москве, далеко... Так происходит уже много лет. За десять лет мне только два раза удалось поздравить её лично. Вот такая ненормальная жизнь. (улыбка).
Ваш Гришковец.
В связи с последними событиями я открыт для предложение по совместной встрече Нового 2010 года - моего года - года тигра. Хотелось бы наконец-то чего-то необычного, встреча праздика вдали от дома но близко к приятным и любимым людям.
Кому лень смотреть ролик к посту: там идёт съёмка из кабины скорой помощи, которая едет по европейской пробке. Ползущие по пробке машины разбегаются от скорой, как тараканы от тапка, и она свободно едет, невзирая на забитую автомобилями проезжую часть.
В
Выскажу свои несколько копеек.
Для начала, ролик, очевидно, настоящий. Именно так, бодро и организованно, и пропускают на гнилом Западе машины скорой помощи. У нас же подобное является пока фантастикой по двум причинам.
Первая причина — огромное количество мигалок. В России, если ты видишь в зеркале заднего вида мигалку, это, с большой долей вероятности, не скорая и не пожарная, а какой-нибудь блатной. Уступать же дорогу спешащему на обед чиновнику, мягко говоря, неприятно. Если бы водители не боялись, что машины сопровождения чиновника протаранят их, полагаю, чиновникам никто и не уступал бы.
( Дальше... )
расставьте знаки препинания:
сундуки стоят открыты
чуваки сидят закрыты
Неосторожно оброненые слова могут иметь неожиданные последствия.
Но слова эти сказаны, банка открыта и содержимое уже начинает тухнуть с неимоверной скоростью...
Но слова эти сказаны, банка открыта и содержимое уже начинает тухнуть с неимоверной скоростью...
РАВЛИК (10 июля — 10 августа)
Равлик — отличается особой чувствительностью. Они очень тонко и точно чувствуют других людей, из Равликов могут получаться прекрасные вожаки, так как знают, как зажечь и повести за собой людей, чем воздействовать, чтобы бросились хоть в пропасть. Но эта сверхчувствительность оборачивается и другой стороной: они то готовы отдать чужому все, что имеют, то, спохватившись, отгораживаются стеной даже от близких, все время твердя себе, что их столько раз обманывали, сколько можно, пора и о себе подумать...
Эта сверхчувствительность делает их болезненно уязвимыми. Спасаясь, они уходят в раковину, оттуда лишь поводят сяжками, озирая мир, стараясь ни во что не вмешиваться. Эти люди живут в наполовину придуманном мире, им там намного лучше, чем в реальном, а возвращаясь, они всякий раз с тоской говорят, что опоздали родиться, что им бы на пару сотен лет назад, а то и тысячу, почему-то считая, что в прошлом они были бы обязательно князьями, а не холопами!
Для общения нет лучше собеседников, чем Равлики, ибо из врожденной сверхчувствительности всегда видят настроение собеседника, никогда не скажут грубость, всегда придут на помощь, помогут выйти из щекотливого положения.
Равлики умны, хотя их ум почти никогда не приводит к обогащению, удачной карьере, процве-танию своего дела. Никто лучше Равликов не в со-стоянии придумать иллюзорные миры, но как много у них пропадает на пути от сладкой грезы к реаль-ности!
Остальные зверюшки ВОТ ТУТ.

